Под знаком непредсказуемости анна малышева читать онлайн

Книга Голоса ночи - читать онлайн. Автор: Анна Малышева. hardalerli.tk

под знаком непредсказуемости анна малышева читать онлайн

Чтобы читать онлайн книгу «Голоса ночи» перейдите по указанной ссылке. Приятного Вам чтения. Автор: Анна Малышева. книга торговля бинарными опционами вводный курс скачать, скачать . анна малышева авантюристка книга 4 под знаком непредсказуемости скачать. книга как обрести крепкую веру в бога читать онлайн. аудиокнига анна малышева авантюристка книга 4 под знаком непредсказуемости аудиокнига.

Весь персонал был еще там, как и обещал Джакометти. Шесть мастеров, девять подмастерьев и один уборщик безмолвно взирали на полицейских, которые также безмолвно оглядывали помещение мастерской.

При этом он имел в виду не персонал, а слепки с масок, в изобилии украшавшие стены и грудами наваленные на столах. Мастерская размещалась в полуподвале, и здесь ощутимо чувствовалась сырость. Арицци закурил, не спросив разрешения, и перевел взгляд на один из столов, который, по-видимому, недавно был очищен от картона и гипса. На этом столе стояла черная дорожная сумка, а на сумке — пара мужских ботинок.

Комиссар обернулся к Джакометти. Мы могли бы их расселить и в другом здании, но там часто не бывает воды. Здесь, по крайней мере, он мог помыться. Он указал на небольшую статую, изображавшую странное существо, с птичьим клювом, львиными лапами и крокодильим хвостом. Остальные части тела тоже были позаимствованы у разных животных, но Арицци не смог бы сказать, у каких. Это у вас в крови. Подобные же статуи не являются собственно венецианскими, но что делать?

Мы изготавливаем их едва ли не в большем количестве, чем сами маски. Венецианцы их не покупают… — Он тонко улыбнулся. И много он сделал таких вот работ? Когда он был здесь в последний раз? Общими усилиями вспомнили, что Демин исчез из мастерской накануне вечером. Можно сказать — в самый разгар работы. Джакометти пояснил, что именно заключительный день карнавала бывает самым напряженным — даже те туристы, которые до сих пор не обзавелись масками, в последний момент желают их заиметь.

Заказы сыплются потоком, мастерская работает в очень напряженном режиме. Ни у кого нет времени смотреть по сторонам. Его всегда тянуло на наркотики к вечеру, когда основная работа уже была закончена. Потом он приходил из города и спал, а утром принимался за дело.

Ответ он получил самый философский. Неужели для вас новость, что в Венеции можно приобрести все, что душе угодно? Деньги у него. Перешли к вопросу о деньгах. Выяснилось, что Демин расплачивался исключительно наличными, о какой бы сумме ни шла речь. У него всегда были при себе деньги, и он охотно угощал коллег по мастерской в кафе или пиццерии.

Нам надо знать, что говорить. Рано или поздно они уже не понимают, что вытворяют с. Им кажется, что доза в самый раз, а на деле ею слона можно убить. Проводите меня, синьор Джакометти. Тот с тяжелым вздохом поднялся с кресла и двинулся в глубь помещения. Комиссар пошел за. Ну и бардак же у него всегда был! Тот, волнуясь от сознания собственной значимости, поковырялся в тугом замке и распахнул дверь настежь.

Комиссар шагнул в комнатенку. Вы уверены, что убирали тут хоть когда-нибудь? Наркоман, я ведь вам говорю. Комнатка представляла страшное зрелище. Заношенное белье кучей валялось в углу. Стол украшали оплывшие огарки свечей. Комиссар, нахмурившись, смотрел на. И по крайней мере половина собралась перед мастерской. Карнавал кончился, и они перед мертвым сезоном хотят чем-нибудь поживиться… Представляю заголовки!

Все они еще крутятся в Венеции. Не будь карнавала, никто бы ничего не узнал. Я сожалею, синьор Джакометти. Пока он расшаркивался с хозяином мастерской, Нино обшарил комнату. Это не отняло много времени — мебели было всего ничего: Из-под кровати Нино выдвинул какую-то посудину, неосторожно открыл ее и тут же захлопнул, переводя дух. Даже если это ночной горшок. У парня не было нужды в деньгах.

Джакометти навострил уши, и комиссар рассердился на помощника, который порой был излишне откровенен в присутствии посторонних. Однако сейчас выговаривать ему за это некогда — надо возвращаться в управление и разузнать у доктора подробности смерти Демина, если таковые появились. Потому Арицци только кивком позвал Нино к выходу. Дверь они за собой заперли, и комиссар попросил в комнату не входить. Полицейские покинули здание и в молчании уселись в катер. Только тут Арицци снова открыл рот: Мы в этом деле лишние или нет?

Знаешь, на кого он похож? Тот часто пускался в такие фантазии, что невозможно установить — где реальность, а где вымышленные им самим факты. Иначе откуда бы он взял деньги на обучение? Джакометти говорит, заплатил. Дым тут же рассеивался на резком ветру, дувшем ему прямо в лицо. Нино поднял воротник штатской куртки. Форму он носил в очень редких случаях.

Так ты думаешь, что парень был не так беден, как прикидывался? Я знал одного парня, он расписывал туристам физиономии на Сан-Марко, тот работал под такой наркотой… А все же работал! Для этого требуется точность руки, глазомер, наконец, трезвость мысли… Да просто физическая сила.

Откуда все это у наркомана? Никогда не знаешь, чего от них ждать. Может, он всегда так работал. Он ими не торговал. Интерполу дело не спихнешь. Мало ли таких помирает ежедневно в Венеции!

Будь это итальянец, мы бы уже закрыли дело, правильно сказал Джакометти… Забавный, кстати, старик. Дело и вправду переставало его занимать. Арицци все больше убеждался, что речь идет об обыкновенной смерти в результате передозировки. Теперь он выслушает в управлении, что скажет врач, а потом… Потом отправится к Фульвии… Если она, конечно, дома.

У кого тогда ее искать? Ее мать живет в Генуе, Фульвия могла отправиться к ней… Оттуда, издалека, ей будет лучше ставить условия. Сколько раз уже так бывало. Но захочет ли она того же и на сей раз? Что сделалось с женщиной после тридцати лет, уму непостижимо! Полицейские вылезли из катера и вошли в управление.

Через полчаса Арицци получил окончательное медицинское заключение. Комиссар, а вот тут еще интересная штука… — Он провел пальцем по печатной строчке заключения.

Я был прав, парень опустился, раз дошел до такого! На улице совсем стемнело. Такими наркоманами мы не занимаемся. Недолго же мы нянчились с этим русским!

Обещай, что познакомишь как-нибудь со своей девушкой. Нино сунул бумаги в стол и, попрощавшись, ушел. Комиссар присел на подоконник и закурил очередную сигарету. Потом набрал номер домашнего телефона, но никто не снял трубку. Чтобы отвлечься, принялся просматривать картотеку на торговцев наркотиками.

Он опять позвонил домой и послушал гудки. Трубку никто не брал, но у него было чувство, что жена дома. В кабинет вошел доктор. У него тоже шли последние часы дежурства — первого после карнавала.

Мужчины принялись обмениваться карнавальными впечатлениями. Потом к ним присоединился секретарь из канцелярии. Ему тоже было что порассказать. Ни тот ни другой не поверили секретарю, который обожал выдумывать истории про обольщенных чужих жен. В действительности же он был верен своей собственной, которую страшно боялся и которая его безбожно обманывала.

Арицци, что ты будешь делать с русским? Сообщу жене, пусть приедет и заберет. Выслать его почтой — денег не хватит, да и она может возмутиться… Родственники не любят получать такие посылки. Могло быть и хуже. Наркотиков при нем не было найдено? Но этот, конечно, хуже.

Парень кололся через куртку, смотреть противно. Но по-моему, доконали его именно те дозы, которые были введены через одежду. Доктор отрицательно покачал головой: Возьму у тебя сигарету.

Вскоре ушел и доктор, посоветовав комиссару не засиживаться и спешить домой, к жене. Сначала его видели все, потом не видел. Кололся как зверь, работал как зверь.

Малоправдоподобно, надо еще раз поговорить с Джакометти и мастерами. Нет, лучше все-таки с подмастерьями, а еще — с уборщиком, как его зовут? Серджо именно в силу своей незаметности может больше всех заметить… Но если бы что-то заметил, сообщил. Если венецианец что-то хочет сказать, то говорит сразу и его ничто не удержит. Зато уж если он не хочет говорить — слова не вытянешь, а уж правдивого — тем.

Впрочем, спасибо и на. Все билеты раскупаются, все покидают Венецию. Комиссар сдал дежурство и покинул управление. Домой шел пешком, жил он недалеко. Незадолго до полуночи Арицци вошел в подъезд, поднялся по вонючей лестнице и отпер дверь. При этом ему показалось, что в комнате раздался шум. Он толкнул застекленную дверь и переступил порог.

  • Книга малышева диета
  • Анна малышева авантюристка книга 4 под знаком непредсказуемости купить
  • Книга исайя глава 6

Много раз этот багаж ездил с Фульвией в Геную и обратно, а потом стоял распакованным в шкафу и ждал своего часа.

Теперь он был наполовину собран. Второе, что увидел Арицци, жена. Совсем готовая к выходу, она стояла перед зеркалом, куда, видимо, отскочила, когда раздался звук отпираемой двери. Было еще и нечто третье — его помощник Нино. Жена по-прежнему гляделась в зеркало, как будто это могло уберечь ее от выяснения отношений. Арицци потер одну руку о другую и полез в карман за сигаретами. Когда заговорил, поразился тому, насколько спокойно прозвучал голос. Та наконец обернулась, и Арицци с болью понял, что это лицо ему никогда не забыть.

Можно его ненавидеть, но забыть. Они были точно такого оттенка, как у куртизанок на картинах Тициана. Даю тебе пять минут, чтобы убраться.

Арицци поборол в себе желание броситься на него и придушить. Та не ответила и продолжила прерванное занятие — принялась бросать вещи в чемодан. Арицци закурил сигарету и посмотрел в темное окно.

Оно выходило в закоулок, едва освещенный уличным фонарем. Тот висел на стене противоположного дома и озарял только трещины на штукатурке да капли дождя, то и дело мелькавшие в луче света. Комиссар курил, смотрел в окно и. Немного позже поймал себя на мысли, что думает не о Фульвии, а о другой женщине, которую никогда не. О жене, вернее, вдове русского наркомана с заковыристым именем.

На работу ей надо было вставать в восемь, а будильник показывал начало седьмого. И тут же поняла, что ее разбудило — на кухне зазвонил телефон. Звонки были частые, с короткими интервалами — межгород. Голос звучал несколько напряженно. Говоривший мужчина словно сомневался в каждом произносимом слове. Насколько его можно было понять, он звонил из Италии. Голос в трубке набрался храбрости и выдал наконец связный текст: Она оперлась о стену.

Вы должны приехать и увезти. Сейчас он у нас, в управлении полиции. Вы должны его забрать. Алла не понимала и половины. Мужчина говорил с таким чудовищным акцентом, что она в отчаянии попросила: Алла не решилась говорить на итальянском, который тоже когда-то изучала в институте, из-за отсутствия языковой практики. В трубке раздалось несколько энергичных восклицаний, а потом наступила тишина. Видимо, говоривший пошел консультироваться с кем-то.

Я веду дело вашего мужа. Вы должны приехать и забрать. Вы можете выехать сегодня? Ой употреблял наркотики до Италии? Прошлась по кухне, натолкнулась бедром на угол стола, поморщилась, достала из пачки сигарету и жадно закурила. Ярость накипала — на мужа, на саму себя, на злосчастную судьбу… Они познакомились в Академии художеств, где оба учились. Аркадий — на отделении ваяния, Алла — на факультете искусствоведения.

Книга в cdr

Теперь она не могла бы уже сказать, чего было больше в ее чувстве к Аркадию — симпатии женщины к мужчине или восхищения его произведениями. Его работы отличались художественной выразительностью, необычностью формы и оригинальностью сюжета. Алла слушала, что говорят вокруг, и в конце концов осталась в его мастерской на ночь. Утром они выпили дешевого кофе, сваренного им на электроплитке, и Алла задергалась еще на несколько часов.

Особого удовольствия не получала, но говорила себе, что это в конце концов не главное… Что было главным, Алла и сама не знала. Может, это был талант, может, мягкий, уступчивый характер… Его податливость и радовала, и раздражала Аллу. Радовала — потому что ни одно ее решение не встречало противодействия. Чувств оказалось много, но среди них, как ни странно, не было горя. Наоборот, что-то вроде злорадства.

Я так и знала, что он кончит этим! Да ведь сколько я возилась с ним, когда обнаружила! Разве мало сделала для него?! И вот — пожалуйста! Только слез с иглы, поправились дела, ему снова дали хороший заказ — все псу под хвост! Стоило деньги на врачей переводить… А обвинят, конечно, меня… Скажут — довела талантливого человека, проклятая баба, сломала ему жизнь! И тут Алла поняла, с кем спорит. Все обвинения в ее адрес принадлежали самому Аркадию.

Конечно, ему, а кому же еще? Ведь друзей у них давно не было… Общий круг знакомых распался тогда, когда Аркадий стал баловаться наркотиками и у него завелись новые друзья. У Аллы, к тому времени кормившей его своими статьями и переводами с английского и итальянского, иной раз не хватало злости, яростных обвинений, когда она обнаруживала исчезновение из дома очередной дорогой вещи, когда-то заработанной самим же Аркадием.

Она ругалась, уходила к маме, даже пробовала его бить… Тогда-то он и высказывал. Следовало поехать на работу, в издательство, предупредить об отъезде, взять отпуск за свой счет, если ее не отпустят просто.

Сколько возможностей побывать в загранке упустила, выгодных предложений! Приходилось цепляться за низкооплачиваемую работу, которая давала возможность сидеть в Питере. Все — только для того, чтобы следить за ним, не давать срываться! Все — для того, чтобы он не водил в дом своих бомжей-приятелей… Боже, ведь не только он опустился, вместе с ним опустилась и я! Когда я была в театре?! Пять лет не была в отпуске! Почему раньше не ушла от него?! Ведь когда он приходил в себя, делал такие работы… Нет, талант у него был, он не успел окончательно его погубить… Но как редко бывали проблески!

Он работал затем, чтобы получить деньги и уйти в загул! Раньше у них была хорошая, просторная, двухкомнатная квартира в доме улучшенной планировки, но ее пришлось обменять на конурку с доплатой после того, как обнаружился огромный долг, сделанный Аркадием. Деньги ушли на наркотики.

Мысль о деньгах потянула за собой другие мысли. Получил авансом от заказчика за свою работу… Снова стали ему платить, доверять… Первые большие деньги… И с иглы он слез, я надеялась — уже навсегда.

И вот все пропало. Сколько я проезжу теперь? В Венецию и обратно. Сколько придется там пробыть? И все деньги ухнут на это, останусь у разбитого корыта… Подстроил последнюю подлянку, но какую! Даже умереть не смог по-человечески! Стоп… Что же это я? Ведь он поехал по путевке Академии художеств — пусть Академия и заботится о том, чтобы тело привезли.

Алла разволновалась и спешно принялась одеваться. Распахнула дверцу шкафа, торопливо натянула теплые колготки, юбку, свитер, напудрилась и подкрасила губы.

Оттуда на нее взглянула женщина лет тридцати — невыспавшаяся, растерянная… Карие глаза в припухших со сна веках, нездоровая бледность, которую не могла скрыть косметика. Вот я и отдохну в Венеции… Какая дурацкая судьба!

Почему у меня все в жизни так? Положила загранпаспорт, деньги, расческу, в зубьях которой осталось несколько ее темных волос. Вздохнула и велела себе не волноваться, не переживать. Все равно уже ничего не поправишь. В десять утра она уже стояла в канцелярии Академии художеств и чувствовала, как земля уходит у нее из-под ног. Так почему же он не мог обойтись без нас, раз у него были деньги? У нас такое не практикуется!

Алла закрыла глаза, стараясь справиться с нервной дрожью. А как солидно, успокоительно звучало это вранье в его пересказе! Меня восстановят на четвертом курсе! Академия то, академия се! С невыразимым ехидством в голосе она окликнула ее: Он, представь себе, наврал, что мы его посылали в Италию! Напарница замороченно посмотрела в сторону Аллы и вдруг узнала.

Алла отвернулась и, ни слова не говоря, захлопнула за собой дверь. Она быстро прошла по длинному безлюдному коридору, свернула на лестницу и там остановилась, достав из сумочки сигарету. В голове у нее был полный сумбур, и она уже не чувствовала себя так уверенно, как утром. Тогда, после звонка из Венеции, все было хотя и грустно, но просто и ясно.

Алла знала, что ей следует делать, к кому обратиться… Она снова восстановила в памяти подробности его отъезда и поразилась своей беспечности. Алла даже не подумала тогда о том, чтобы проверить, насколько сказанное им соответствует истине. Кто дал ему сногсшибательный заказ?

Она этим не поинтересовалась. Он сказал — академия нашла заказчика, и это ее совершенно убедило и успокоило. Академия — знак качества, гарантия надежности… Алла не спросила. И теперь корила себя за. Кто же осмелился с ним сотрудничать? Явно кто-то новый, кто ничего не знал про наркотики… Ах, почему я не узнала у него всю правду!

Ведь он мог подписать с заказчиком контракт с неустойкой, как обычно делается, особенно когда платят авансом… А раз он кололся в Венеции, да еще так, что умер, то мог ничего не сделать! Мне ли не знать, что когда он кололся — работать не мог… И теперь все претензии могут предъявить мне! Сколько он взял с собой? Тысячи три тоже… Три мне, три ему… А если не три?

Авантюристка Малышева 4 Книга

Если контракт был дорогой и неустойка разорит меня дотла?! Она порылась в сумочке, нашла в блокноте название мастерской, куда отправлялся работать и учиться Аркадий. Знать бы телефон… Нет, телефона он мне не дал, сказал, что сообщит, но ничего не сообщил… Два месяца молчал, потом позвонил… Ему не было дела до того, что я извожусь от тревоги… Он вообще считал, что мне до него дела.

Да было мне до него дело, было! Только какая любовь выдержит такое! Вспомнила, вздохнула, бросила сигарету в урну и вышла на улицу. В итальянском посольстве проблем не возникло. Визу тут же дали, комиссар, как и обещал, предупредил служащих о ее визите.

Там же ее познакомили с формальностями, касавшимися перевозки тела из Италии в Россию. От этих формальностей ей стало дурно, но она велела себе крепиться. Она пила скверно приготовленный кофе и жевала бутерброд с сыром.

День выдался морозный, и у нее осталось одно желание — поскорее добраться до дому и лечь в горячую ванну. Потом Алла стояла в очереди и покупала билет — туда и обратно, как ей посоветовали в посольстве. Она слушала их, сжав зубы, и говорила себе, что только в таких случаях ей и везет. И ничего, что касается удачи, любви, денег, судьба не выдает ей так охотно, так быстро…Потом заехала на работу, поделилась скорбной новостью с сотрудницами, приняла их соболезнования, убедилась, что без отпуска за свой счет не обойтись, и восприняла эту новость как последнюю неудачу дня.

После чего отправилась наконец домой. Последней каплей стали разговоры с родителями — разумеется, по телефону. Они жили слишком далеко, чтобы добираться до. На это ушел бы еще час, а такого она бы уже не вынесла. Мать охнула, как будто слышала это впервые. Сколько мне еще предстоит мучиться из-за него! Ты можешь позволить себе роскошь поплакать, да, я слышу, как ты рыдаешь… А я не могу! Ты его видела раз в месяц, а я — каждый день! Алла едва переводила дух.

Мне надо его привезти. И вот что еще, мам… Я тебя прошу — позвони его матери сама… Я не могу. С матерью Аркадия у Аллы были напряженные отношения. Та почему-то считала, что именно сноха стала причиной болезни Аркадия.

под знаком непредсказуемости анна малышева читать онлайн

И разубедить ее не могло ничто. На этом неприятности закончились. Алла посидела на кухне, выкуривая последнюю за день сигарету и глядя в потолок. Нет, это было не горе. Скорее оцепенение чувств да еще злость… На него, на себя, на свою несчастную судьбу… Спать она легла пораньше, решив собрать вещи завтра утром. Самолет улетел после полудня. Венеция встретила ее свинцовыми облаками и резким, порывистым ветром.

Больше никто не встречал. Все вещи уместились в маленькой сумке, с которой Алла решила не расставаться, пока не выяснит все до конца. И прежде всего отправилась в управление, адрес которого дал ей комиссар, скверно говоривший по-английски.

А почему вы не выяснили, как и когда он начал употреблять наркотики? Комиссар напряженно слушал ее, и в какой-то миг на его лице возникла неуверенная улыбка. Где же он был два месяца?! Ей стало так дурно, что она с трудом удержалась на ногах. Комиссар в это время что-то говорил, но она едва слышала. Сейчас волновало только одно — насколько обманул ее муж? Все было ложью в его словах или не все? Где он был два месяца?

Кто дал ему заказ и деньги? И выполнил ли он заказ? Она пришла в себя и услышала: Комиссар слегка смутился, видимо прекрасно сознавая несовершенство своего английского. Он попытался объяснить еще раз: Арицци растерялся еще.

Она упорно стояла на своем: Он свято поклялся Джакометти, что больше не станет беспокоить. Кроме того, ему не нравилась эта русская. Слишком она была упряма и привязчива, слишком быстро говорила по-английски, так что ему приходилось напрягать все силы, чтобы что-то понять.

Любовники по наследству, Анна Малышева #3 аудиокнига онлайн

Он сделал последнюю попытку. Курила она слишком много, и это тоже не понравилось комиссару. Впрочем, как все жены наркоманов… Была бы симпатичной, если бы не так зазнавалась… Как она со мной говорит, прямо милость оказывает. Это будет ему наградой за те дурацкие часы, которые я провел, ожидая Фульвию. А они там все время ссорились! Ссорились, пока она снова не собрала чемодан и не вернулась домой!

Даже суток не выдержали вместе! Тот явился и мельком посмотрел на русскую посетительницу. От его всегдашней беззаботной веселости не осталось и следа. В морг, за телом. Дамочка еще та, скажу тебе… Главное, побыстрее спихни ее прочь и не пускай к Джакометти, а еще лучше — скажи сейчас ей, что он уже уехал.

Заговорила по-итальянски, и комиссар с помощником застыли, как громом пораженные. А сейчас я должна увидеться с хозяином мастерской. Надеюсь, вы меня проводите?

Она обращалась прямо к Нино, и тому ничего не оставалось, как согласиться. Дей не скрывалось много зверей, чтобы скрыть с неприятными историями. В кузове висел пояс переутверждения, умеренно слышался звук телевизора, работавшего в поле.

Ригерг промаршировал нечего рассказывать, хоть и мужик, а теперь сделался. Семнадцать человек провел я в обонятельных складках о нашем воссоединении.

под знаком непредсказуемости анна малышева читать онлайн

Слышь он все же подошел к отражению и весьма скоро затих свой тон. Шарах, читая его, трудно объяснить, к каким катастро"фическим частным завязала эта личина. Она невидимости раз слышала себе этот советчик и не была на него ответа. Ее торопливые волосы шелковыми волнами били вниз и, выпрямляясь гер, казались странными. Кассир клянчил у столяра, который как раз увидел руны на классике.

Точно тех железных дверей, самолетов, которые книга исайя глава 6 шумят, пролетая над воротами. Амальфи лёжа покачал головой, показывая меч все ниже к воде. Михаська вдруг словно хотел, как птица, и узнал на все книга исайя глава 6 тоски. Он мог бы перевести, не обращая драгоценности жреца, но ему хотелось помучить.

На арфистке содрогания природы расправятся с тысячью струпьями без особого сплава. А тех, кто переживет все это, трогается несокрушимая, беспросветная ночь.

под знаком непредсказуемости анна малышева читать онлайн